Как Путин заставил Эстонию вспомнить про русскую Нарву?

Предполагаемый визит в Эстонию президента России Владимира Путина уже дал неожиданный побочный эффект. Власти Эстонии начали уделять повышенное внимание русскоязычному северо-востоку страны, который их доселе не особо интересовал. Принаровье десятилетиями было заложником официального курса Эстонии на русофобию во внутренней и внешней политике, однако решение эстонского руководства перезапустить эстонско-российские отношения заставляет эстонские власти менять тон по отношению к своему русскому анклаву.

Ида-Вирумаа — самый русский мааконд (уезд) Эстонии. Эстонская часть трансграничного региона Принаровье на три четверти населена русскими и русскоговорящими жителями. Нарва, Кохтла-Ярве и другие города Ида-Вирумаа почти исключительно русскоязычные.

Для «Эстонии эстонцев» с этническим национализмом в качестве господствующей идеологии русская Ида-Вирумаа — чужеродное тело в организме, про которое неприятно и досадно вспоминать.

В том числе потому, что русский северо-восток рушит мифологию дискриминации русскоязычных Эстонии, продолжавшейся все годы «второй независимости».

Русские жители Нарвы и Силламяэ точно не «советские оккупанты», которых коммунисты заслали в Прибалтику сживать эстонцев с родной земли. Русские — коренные жители Принаровья, которые живут там столетиями и которым по всем европейским и мировым нормам положены законные права автохтонного населения.

То есть официальное использование языка локального большинства в местном самоуправлении, русские названия населенных пунктов, таблички и указатели на русском языке, русские школы, детские сады, средние профессиональные и высшие учебные заведения.

Все то, чего в Ида-Вирумаа либо вовсе нет, либо пока есть, но медленно и неуклонно сворачивается как советский пережиток.

Те же русские школы.

Русский анклав на северо-востоке существует как большой географический упрек Эстонии, показывающий ей, что она недостаточно европейская, недостаточно прогрессивная и недостаточно скандинавская страна. Эстонские потуги на принадлежность к Северной Европе из-за Ида-Вирумаа оказываются неадекватны. Можно ли представить полное забвение законных прав автохтонного шведского населения на юге Финляндии? Или прав финнов и датчан в Швеции? Нет, потому они и Скандинавия. В отличие от Эстонии.

Поэтому про русский анклав на северо-востоке официальный Таллин старался не вспоминать. Вроде и есть такой, но в актуальной повестке «электронного государства» его нет.

Про Принаровье если говорили, то в основном контексте «русской угрозы»: как бы местные «ватники» не подняли там русский бунт и не дали Кремлю ввести свои танки в Эстонию.

Нельзя сказать, что подобные фобии были совсем уж безосновательны. В начале 1990-х годов Принаровье дважды пыталось остаться с Россией. Когда Таллин заблокировал участие Эстонии в референдуме о сохранении СССР, местные власти своими силами организовали голосование, на котором 95% голосовавших высказались за Советский Союз. На основании этого голосования власти Нарвы, Кохтла-Ярве и Силламяэ предложили создать Принаровскую ССР с дальнейшим вхождением в состав России.

В тот раз Эстонию от участи Молдавии с Приднестровьем спасла Москва. После провозглашения независимости Эстонии РСФСР признала ее в границах Эстонской ССР, не признала Принаровскую республику, и эстонские власти спокойно разогнали сепаратистские горсоветы.

Во второй раз Россия спасла Эстонию от распада в 1993 году, когда власти Нарвы и Силламяэ провели референдум о создании русской территориальной автономии с перспективой провозглашения независимости и присоединения к России. Кремль проигнорировал референдум, и в Таллине тоже позволили себе махнуть на глас народа рукой.

То есть Россия последовательно выступала гарантом территориальной целостности Эстонии, за что вместо благодарности получала истерические крики, что Путин нападет, аннексирует Нарву и вообще устроит эстонцам «Донбасс».

Едва ли эстонские власти в самом деле так думали, иначе бы они всерьез работали с русским населением проблемного региона. Вместо этого были демонстративные военные парады НАТО у российской границы в Нарве, непонятно кого призванные впечатлить, успокоить или, наоборот, напугать. Еще был распил бюджетов на борьбу с «кремлевской пропагандой», которой якобы забиты мозги приграничного населения, из-за чего они любят Путина и нелояльны по отношению к Эстонскому государству.

Чего точно не было, так это попыток поговорить с этим населением и просто дать ему понять, что русские Ида-Вирумаа для Эстонии не чужие.

Эстонская верхушка просто игнорировала этот регион: вспоминала о нем только на больших международных форумах, когда надо было потребовать от союзников по НАТО и ЕС дать Таллину больше денег и войск на защиту от «российской агрессии».

Ситуация начала меняться только в последнее время.

Связаны эти изменения с личностью Владимира Путина и той тонкой дипломатической игрой, в которую пытается играть с российским лидером его эстонская коллега Керсти Кальюлайд.

Весной Кальюлайд ездила к Путину в Кремль, теперь приглашает его посетить Конгресс финно-угорских народов в Тарту, а вся Эстония тем временем спорит, стоит ли г-же президенту ехать 9 мая в Москву на празднование Дня Победы. В Кремле же ее наверняка пригласят.

Вроде никакого отношения к реальной политике эти обмены любезностями не имеют. Тем не менее они уже способствуют изменениям в общественной атмосфере Эстонии. В том числе по отношению к Принаровью.

Керсти Кальюлайд не только часто бывает, но и подолгу живет и работает в Нарве. Жители Нарвы реагируют на этот интерес с подозрением и недоверием: предыдущий президент Тоомас Хендрик Ильвес откровенно боялся русского северо-востока и Ида-Вирумаа посещал раз в несколько лет приличия ради.

Теперь эстонские СМИ посвящают циклы статей тому, чем живет сегодня русский северо-восток. Причем порой там мелькает даже искренний интерес без политического подтекста: превратится ли Принаровье в эстонскую Каталонию.

Ида-Вирумаа десятилетиями была заложником официального курса Эстонии на русофобию во внутренней и внешней политике, и нынешняя смена тона стала возможной благодаря решению эстонского руководства перезапустить эстонско-российские отношения.

«Думаю, что Нарва — абсолютно обычный эстонский город. Если люди почему-то считают иначе, то, мне кажется, дело в стереотипе 30-летней давности. Могу представить, что у многих жителей Нарвы в то время возникали вопросы: мои родственники, друзья и знакомые остались по другую сторону границы, что будет со мной? Но сейчас в Нарве проживают точно такие же жители страны, как и во всех остальных местах», — говорила Керсти Кальюлайд во время одного из последних посещений северо-востока.

Думается, президент Эстонии лукавит. Если Нарва — обыкновенный эстонский город, зачем это проговаривать и подчеркивать? Или в обычных эстонских городах 90% населения говорит на русском языке, и они все пытались выйти из состава Эстонии?

Пока что слова эстонского лидера лишь легитимируют дискриминацию русских Ида-Вирумаа. Раз это самые обычные жители страны, то и особые школы с муниципалитетами на негосударственном языке им не нужны.

Впрочем, не будем требовать слишком много сразу от классической этнократии с негражданами и языковой инспекцией. Тот факт, что первое лицо называет местных русских такими же жителями Эстонии, как эстонцы, уже дорогого стоит.

А дальнейшее общение с Путиным способно сподвигнуть президента Эстонии и не на такие открытия.

Визит Путина в Эстонию сорвется. Объясняем, почему это почти неизбежно

МИД Эстонии рекомендовал президенту страны Керсти Кальюлайд не ехать в Москву на 75-летие Победы в Великой Отечественной войне 9 мая 2020 года. Накануне этого в эстонско-российских отношениях случилась серия крупных и мелких скандалов. Эти скандалы происходят на фоне приглашения президенту России Владимиру Путину посетить в грядущем году с официальным визитом Эстонию. Конфликтный фон в отношении Эстонии к России так велик, а раздражение соседей от возможного посещения российским президентом Прибалтики столь сильно, что если визит Путина не сорвут, то это будет настоящим дипломатическим чудом.

МИД Эстонии не ведет подготовительной работы к визиту президента страны Керсти Кальюлайд в Москву на празднование Дня Победы. Об этом заявил глава внешнеполитического ведомства республики Урмас Рейнсалу. Он же признал, что не рекомендовал бы главе государства посещать Россию 9 мая и вообще относится к этой идее «очень скептически».

«Безусловно, существует необходимость в очень тщательном анализе и оценке ситуации, следует заслушать мнения на государственном и парламентском уровнях. В конечном итоге это решение должен принять президент, но я бы относился к этому очень осторожно», — считает Рейнсалу, по утверждению которого, «в прошлом такие решения на уровне глав государств были разными, и они также зависели от обстоятельств того времени».

В Таллине складывается занятная ситуация.

Ставка президента Эстонии на улучшение отношений с Россией саботируется на уровне Министерства иностранных дел, и Керсти Кальюлайд ничего не может с этим поделать, потому что глава МИД ей не подотчетен.

Летом эстонский МИД, например, высказался против московских фейерверков в честь 75-летия освобождения Таллина от нацистов. Тем же Рейнсалу были произнесены все положенные в таких случаях слова о том, что «повторная оккупация Таллина принесла Эстонии не свободу, а полвека советской оккупации».

Такие слова для Прибалтики вообще-то рутина. Пассажи про «советскую оккупацию» там повторяют при каждом удобном поводе, чтобы местные не спрашивали, почему они так плохо живут, а Россия не забывала, что она до сих пор не покаялась. Однако здесь окрик про «повторную оккупацию» прозвучал вскоре после сенсационной поездки Керсти Кальюлайд в Кремль — в момент, когда обсуждался ответный визит Владимира Путина в Эстонию.

В последующие месяцы, когда Эстония уже решилась пригласить Путина на Конгресс финно-угорских народов в Тарту, Таллин стал чинить мелкие и крупные пакости в отношении большого восточного соседа.

В Эстонию прибыли британские танки и военные вертолеты — на учениях по отработке обороны балтийской республики от российской агрессии будут задействованы наступательные вооружения НАТО. Причем 18 танков «Челленджер» у границы с Россией так и останутся — для «обороны» от Путина.

Эстонское консульство отказало в шенгенских визах активистам российской молодежной организации на том основании, что 9 мая они участвовали в шествии «Бессмертного полка» в Таллине. Эстонский МИД призвал США увеличить свое военное присутствие в Европе, поскольку на нее надвигается «русская угроза».

Эстонские парламентарии в ПАСЕ объединились с литовцами, латышами, украинцами и грузинами в группу «Балтик-плюс» для борьбы с Россией. Официальный Таллин предложил Латвии и Литве сообща требовать от России компенсаций за «советскую оккупацию». Юбилей начала Второй мировой войны в Эстонии отметили награждением высшей государственной наградой страны — «Дубовым венком свободы» — бойцов эстонской дивизии СС. Пару недель назад в республике снесли памятник советским воинам на братской могиле в поселке Таэбла.

Если при таком конфликтном фоне российско-эстонских отношений поездка Путина в Тарту все-таки состоится, это можно будет считать дипломатическим чудом.

Конечно, такой исход событий возможен. Состоялась же поездка в Москву президента Эстонии Керсти Кальюлайд. Она тоже была равнозначна чуду. Однако первый в постсоветской истории визит российского президента в Прибалтику будет событием несравненно более значимым. Вероятность того, что ревнивые соседи по прибалтийской «буферной зоне», антироссийские «ястребы» в странах-союзницах по НАТО и профессиональные русофобы в самой Эстонии найдут повод, чтобы этот визит сорвать — десять к одному. Тем более, что найти (или создать) такой повод — задача простейшая.

Соотношение сил между сторонниками улучшения отношений с Россией и консерваторами, которые за то, чтобы Эстония твердо держала свое место в «санитарном кордоне», явно неравное.

На одной чаше весов — желание хотя бы частично вернуть Таллинскому порту и «Эстонской железной дороге» транзит, а еще менее ярко выраженное намерение вести себя, как Финляндия, и быть в отношениях с Россией Скандинавией, а не Прибалтикой.

На другой чаше весов — намертво закрепившаяся за постсоветские десятилетия геополитическая функция лимитрофа — прифронтового государства, смысл существования которого на карте заключается в «сдерживании» России.

Русофобия до того прочно въелась в тело эстонской государственности, что эта страна не может иметь нормальных добрососедских отношений, даже когда часть его руководства пытается такие отношения установить.

Отношения с такой страной сорвутся, даже если вдруг каким-то чудом никто не сорвет визит Путина.

Поэтому вопрос в том, стоит ли самой России соглашаться на взаимодействие с Эстонией? Восточному соседу ведь нет никакого дела до проблем Таллинского порта и «Эстонской железной дороги». Ему от этих проблем одна радость, потому что ушедшие из Эстонии грузы теперь идут через порты и железные дороги России.

Что же касается попыток Таллина равняться на Финляндию, то не проблема России, что у Эстонии эти попытки не удаются. 

Это проблемы самой Эстонии, которая хочет скандинавского уровня жизни и экономического развития и при этом ведет себя не как Финляндия, которая всего этого добилась за счет прагматичных отношений с Россией, а как Латвия с Литвой, которые все это потеряли из-за отсутствия оных.  

Безусловно, в эстонских элитах есть люди, которые понимают, что восточный сосед – это трамплин, за счет ресурсов которого можно прыгнуть в элитный клуб скандинавских держав. Яркий пример – почетный профессор Таллинского университета Рейн Мюллерсон, получивший вчера от Владимира Путина орден Дружбы. 

Проблема в том, что такие люди в Эстонии всегда проигрывали профессиональным русофобам. Чем закончились призывы нормально общаться с Россией и русскими для Тийта Вяхи и Эдгара Сависаара? Изгнанием и забвением. Вот и Рейн Мюллерсон жаловался в Кремле на неодобрение соотечественников: «Пишу о России, много положительного в основном. В Эстонии, конечно, критике подвергают, особенно после того, как я посетил Крым. Попал в список «Миротворца»».

Так стоит ли России включать в очередной раз «щедрую душу» и жертвовать частью грузопотока, чтобы иметь хорошие отношения с соседней страной, если их скорее всего не будет?

Так стоит ли России включать в очередной раз «щедрую душу» и жертвовать частью грузопотока, чтобы иметь хорошие отношения с соседней страной, если их скорее всего не будет?

Финляндия, судя по опыту прошлых лет, так и останется недосягаемым идеалом, на который в Эстонии уже тридцать лет равняются, но ничего из ее политики не перенимают. Никуда не исчезнут запреты на использование в публичной сфере русского языка, не будет признания вины за лишение гражданских прав большей части русскоязычного населения.

Вместо этого будут требования признать вину за «советскую оккупацию». Будет продолжение переписывания истории, более чем возможен новый снос памятников красноармейцам – победителям Гитлера, и чествование нацистских преступников из числа местных коллаборационистов, которые помогали немцам блокировать Ленинград. 

Едва ли Владимир Путин, сам урожденный ленинградец из семьи, пережившей блокаду, останется равнодушен к таким фактам.

Чтобы там ему не говорила президент Эстонии про добрососедские отношения.

Андрей Носович

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *