Зачем Путин «раскрыл» Западу свои амбициозные планы?

Довольно неожиданно прозвучали в телевизионной программе «Москва. Кремль. Путин» на телеканале «Россия 1» слова лидера нашего государства о планомерном продвижении стран «постсоветского пространства» к новой интеграции в нечто единое и, главное, утверждение о том, что «фобии перед возвращением Советского Союза» в его бывших республиках уходят в прошлое.

Зачем Владимир Владимирович в нынешнее непростое время вдруг поднял тему, являющуюся для «коллективного Запада» настоящим ночным кошмаром и предметом массовой фобии? Что за посыл заключается в его выступлении и почему вдруг оно было выпущено в эфир именно сейчас?

Самый большой ужас наших «друзей»

Начать обсуждение данной темы стоит, пожалуй, с упоминаний о том, когда именно наши «западные партнеры» всерьез озаботились «исходящим из Кремля стремлением к воссозданию СССР». Отправной точкой тут, скорее всего, можно считать 2010-2011 год, когда лидер России, пребывая в статусе премьер-министра. сделал несколько достаточно осторожных и половинчатых высказываний на данную тему, заявив, что у того, кто не жалеет о распаде СССР, «нет сердца», но у тех, кто стремится к его возрождению, «отсутствует голова», а после назвав крушение «союза нерушимого» не менее, чем «величайшей в ХХ веке геополитической катастрофой». За этим последовала опубликованная в октябре 2011 года в «Известиях» статья Владимира Владимировича, в которой он обрисовал достаточно амбициозные планы: выйти на более высокий уровень интеграции стран, участвующих в Таможенном союзе и ЕЭП – к Евразийскому союзу. При этом Путин подчеркивал, что о воссоздании в том или ином виде СССР даже речи не идет, напирая на совсем другую идею: «тесная интеграция на новой ценностной, политической, экономической основе». Тем не менее, именно тогда-то кое у кого по обе стороны океана и начались, как принято там говорить, «панические атаки». В качестве примера можно привести тогдашнюю публикацию в La Stampa, называть которую иначе, как «газетенкой», после устроенного не столь давно ею фееричного хамского и неблагодарного демарша по поводу «бесполезной российской помощи в борьбе с эпидемией», язык, право слово, не поворачивается. В 2011 году тамошние умники писали о «стремлении Владимира Путина к возрождению исторического пространства, уничтоженного в результате краха коммунизма, в стиле «скопируй и приклей» под соусом таможенного союза» и его попытке «создать суррогат Советского Союза в «облегченном» варианте».

Более взвешенной оказалась реакция The Financial Times, отметившей, что «на этот раз у Путина действительно может получиться». Впрочем, очевидно испугавшись собственной смелости, авторы тут же поспешили обозвать Евразийское экономическое сообщество «пустой говорильней» и «напророчить» скорый «распад СНГ». Впрочем, по-настоящему трясти от мысли о том, что в Москве и правду намерены всерьез взяться за реконструкцию Советского Союза, Запад начало после 2014 года и воссоединения Крыма с Россией. «Вот оно – началось! Сперва Крым, потом вся Украина, а дальше и до всех остальных доберутся!» – забились в истерике профессиональные русофобы всех стран, как постсоветских, так и прочих. Особо одаренные, вроде бывшего командующего силами самообороны Эстонии, генерала Антса Лаанеотса, принялись «раскрывать страшные заговоры», вещая о том, что «план по оккупации Прибалтики» лежит на широком столе Путина, начиная со все того же 2014 года. А зачем, вы думаете, 1-ю Гвардейскую танковую армию создали? Только для захвата «маленьких, но гордых»… В том, что на них роты стройбата за глаза хватило бы, генерал, понятно, не признается. Еще дальше в своих конспирологических измышлениях пошел большой любитель тонкого вкуса галстуков – Михаил Саакашвили. Оно и понятно – генерал фигура немаленькая, но у президента (пусть какого-никакого и давно уже бывшего) размах должен быть пошире. Этот деятель и дату умудрился назвать, к которой «Путин намерен воссоздать Советский Союз», и даже перечень «обреченных на аннексию» бывших республик составил: захватят, по Саакашвили, русские «Грузию, Армению, Молдавию, Белоруссию», да вдобавок «всю Украину, кроме Западной». Новое развитие эта больная тема получила в период, когда Москвой предпринимались определенные попытки активизации процессов по созданию Союзного государства с Минском. Опять заговорили о «реставрации СССР». Потом несколько поутихло. И вот президент снова плеснул «бензинчика в огонь».

Манифест России в новом мире?

Мировые СМИ на новое его выступление по столь тревожащей их тематике пока не отреагировали. Оно и понятно – коронавирус как-то важнее. Украина – дело другое. Там, хоть пандемия, хоть пожары на всю страну, хоть дефолт на пороге, а все равно – каждое слово, сказанное в Кремле, актуальнее любых собственных бед и проблем. «Путин заявил о воссоздании СССР: все страны снова объединят», «Путин заговорил о возрождении СССР», «Путин публично заявил о восстановлении СССР» – вот только некоторые заголовки тамошних изданий. То, что под ними написано, людям со слабой психикой лучше не читать. При этом любой, кто даст себе труд ознакомиться со словами президента в их нормальном, а не перекрученном немилосердно виде, убедится – ни о чем подобном речь, в общем, не шла. Разговор снова о «повышении конкурентоспособности постсоветских экономик за счет консолидации усилий», которая «неизбежно пробивает себе дорогу», вопреки «фобиям и страхам по поводу возрождения советской империи». Да, лидер упомянул общий для всех русский язык, общую инфраструктуру, способствующую интеграции, которую назвал «абсолютно естественным делом». Вот разве что при этом он едва ли не впервые прямо назвал «противодействие Запада», который «боится экономической конкуренции», одной из основных причин, этой самой интеграции мешающих. И вот что интересно! Данное интервью было записано еще в октябре прошлого года. Почему же в эфир оно пошло именно сейчас? «Захотели отвлечь народ от пандемии…» или «больше давать было нечего» – подобные, с позволения сказать, «версии», кое-кем уже озвучиваемые, даже рассматривать не стоит. В Кремле «просто так» ничего не делается и не говорится. Уж если эти, пусть и крайне сдержанные, но тем не менее, звучащие для Запада провокационно и пугающе слова прозвучали тогда, когда прозвучали, значит, тому была конкретная причина.

Наиболее логичным объяснением, возможно, стоит считать желание Владимира Владимировича дать достаточно мягкий, но более чем прозрачный ответ на резко активизировавшиеся в последнее время поползновения «заставить Россию примкнуть к глобальному миру». На его, этого самого мира, естественно, условиях. В таком случае, сказанное с телеэкрана следует расценивать как четкое предупреждение Кремля. Россия очерчивает область собственных жизненных интересов, соваться в которые «глобальным» впредь решительно не рекомендуется. А также – указание на то, что строить собственное будущее Россия намерена, прежде всего, с бывшими республиками СССР, а не странами Запада, даже в период глобальной пандемии не желающими ни на йоту ослаблять унизительный санкционный режим в отношении нее. Также вполне можно считать сказанное выражением видения Москвой будущего устройства нового, «посткоронавирусного» мира. Он совершенно однозначно будет отличаться от того, дни которого завершились в декабре 2019 года. Новые геополитические реалии, новые всепланетные «расклады», новые «центры силы» и новые союзы – все это не просто неизбежно. Эта иная реальность уже формируется сегодня, буквально на наших глазах, и с чего бы Россия должна была искать в ней собственное место по чьей-то подсказке? Вполне возможно, интервью Путина прозвучало как раз сейчас, в то время, когда в некоторых странах уже заговорили о прохождении пика пандемии и грядущем переходе к «восстановительному периоду» для того, чтобы дать возможность Западу поразмыслить над тем, как дальше строить отношения с нашей страной, чего от нее ожидать и к чему готовиться. Чтобы потом не было мучительно больно…

Возрождение Союза Советских Социалистических республик во всей его мощи, силе и славе, в нынешних реалиях, увы, невозможно. Прежде всего, в силу отсутствия единой для всех идеологии, политической силы, способной совершить настолько великое, титаническое дело. Да и слишком далеко уже разошлись бывшие «сестры», чтобы снова слиться в единую семью. Когда-нибудь – возможно, но точно не сейчас. «Захватывать» или «оккупировать» какую-либо из постсоветских стран – такой бред может родиться только в воспаленном сознании местных националистов или западных «экспертов» не самого высокого пошиба, стремящихся найти повод для создания жупела «российской угрозы». Кого захватывать, и, главное, зачем?! А вот создать нечто вроде Европейского Союза – с общим рынком, координированными промышленностью, транспортом, возможно даже единой валютой, было бы весьма заманчиво. В новой реальности, созданной пандемией, мир будет намного менее глобальным, однако крепкие и надежные союзы будут цениться в нем еще выше, чем ранее. Без них многим странам будет крайне проблематично выжить. Другой вопрос, что любое подобное объединение, какие бы конкретно формы оно не имело и как бы не называлось, ни в коем случае не должно пойти по тому порочному пути, который, к сожалению, долгие годы превалировал в построении отношений между Россией и бывшими «братскими народами». Ни для кого не секрет, что лидеры многих из них, в том числе и считающиеся на родине «пророссийскими», смотрели на нашу страну исключительно как на источник бесконечных материальных и прочих благ, совершенно не желая при этом идти на ответные шаги.

К чему приводит потакание подобной позиции — мы прекрасно видим сегодня на примере Белоруссии, президент которой в последнее время дошел уже до откровенно антироссийской риторики, подтверждаемой, к тому же, соответствующими действиями. Естественно, любой союз, в том числе и межгосударственный, должен строиться на взаимных интересах и выгодах. Однако ситуация, когда Россия предоставляет кому-то невиданные преференции и скидки, допустим, при поставках энергоносителей, а в ответ слышит болезненные жалобы на «ущемление суверенитета» и все новые требования и претензии, является недопустимой. Главенство нашей страны в каком угодно альянсе, создаваемом на «постсоветском» пространстве, априори определяется ее наибольшей экономической и военной мощью. А также, если угодно – правопреемственностью от СССР, от которого отказались прочие республики. Рано или поздно понимание этого неоспоримого момента придет ко всем тем из них, кто задумывается о собственном будущем. Вот тогда и поговорим о реальной интеграции.

Александр Неукропный

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *